пятница, 14 марта 2008 г.

Каким был Самарканд в средние века?

(Малоизвестный источник о средневековом Самарканде)

Древней историей Самарканда интересовались не только средневековые географы, но и историки, востоковеды вплоть до ХХ1-го века.

Академик В. Бартольд для своего известного труда «Туркестан в эпоху монгольского нашествия» написал специальную главу «Географический очерк Мавераннахра», где Самарканду уделил много внимания. Для описания средневекового Самарканда он использовал все известные произведения средневековых авторов, которые были в то время доступны ему. Поэтому до сих пор этот труд В. Бартольда пользуется большой популярностью у тех учёных, кто занимается историей Самарканда.

К сожалению, этому великому учёному не всегда были доступны некоторые рукописи средневековых авторов. Например «Ашкол–ул–олам» Джайхони. «Худуд–ул–олам», что в переводе означает «Границы мира» в 1893 году русский исследователь А. Г. Туланский приобрёл в Бухаре. Он в том же году в газете «Окраина» издал несколько отрывков из этого произведения, где речь шла о Самарканде.

В. Бартольд после глубокого изучения этого произведения пришёл к выводу, что неизвестный автор «Худуд–ул–олама» сам не путешествовал а использовал работы таких знаменитых географов как Джайхони, Хурдодбех, Истахри и Балхи. А по произведению Джайхони был знаком по тем произведением последующих историков и географов, где цитировали из «Ашкол–ул–олам» Джайхони.

«Худуд–ул–олам» был написан в столице Саманидов Бухаре в 874-999 годы. В. Макарский автором этого произведения считает Ибн Фаригуна. Эта книга на таджикской кириллице впервые был издан с предисловием Академика А. Мухторова в городе Душанбе в 1983 году.

Автор «Худуд–ул–олама» считает Самарканд великим, благоустроенным красивым городом, где полно все то что нужно для человека. И здесь сосредоточились все купцы со всего света. Автор территорию города делит следующим образом: — Шахристан, цитадель и рабадная часть.

Добавляет, что по крышам пассажа вода течёт по облицованному притоку. И якобы эту воду привели прямо из гор. Может быт это последнее предложение, заставило ученых, усомнится, что автор не путешествовал, а писал по другим произведениям. В 1998 году в сборнике изданном в городе Душанбе «Саманиды и возрождение персидско–таджикской цивилизации» академик Ахрар Мухторов издал отрывок произведении Джайхони «Ашкол–ул–олам», где речь идёт о Мавераннахре. По утверждению узбекского учёного Х. Хасанова в его книге «Среднеазиатские географы и путешественники» (Ташкент, 1964) Джайхони после прихода к власти малолетнего царевича Наср бин Ахмада в 914 году стал главным министром и остался на этой должности до землетрясения 940 года и умер под завалом. По словам Макдиси книга по географии написанный рукой Джайхона состояла из семи томов. Эта книга называлась «Китоб–ул–масолик вал–мамолик» (Книга о расстояниях и странах). К сожалению, эта книга была утеряна. Считали, что и «Ашкол–ул–олам» потеряна. Но В. Макарский в 194 8 году сообщил, что в Британском музее хранится две рукописи этого произведения. Эти рукописи те, что перевёл с арабского на таджикский язык Али бин Абдусалом, назначений в 1219 году Чингисханом заместителем правителя города Чанд на Сырдарье. Исследователи заметили, что Джайхони использовал труд Хурдодбеха, а последующие авторы опирались на труд Джайхони. Поэтому публикация отрывка этого произведения для тех, кто интересуется историей Самарканда, имеет огромное значение. Джайхони о Самарканде говорить подробно, когда подходит его очередь. Но в разделе, где в предисловии описывает регион Мавераннахра, высоко оценивает гостеприимство, вежливость, доброжелательность народа Мавераннахра, в том числе Самарканда.

Рабатов, где путнику рады гостеприимно принимать в Мавераннахре более десяти тысяч, утверждает он. В Самарканде нет улицы, махалли, каравансарая (гостиницы), где летом бесплатно не подавали воду со льдом. Автор книги утверждает, что в Самарканде насчитал более двух тысяч хумов (больших кувшинов), где подавали бесплатно воду со льдом. Самарканд находится в Согде, - пишет автор. По его словам город состоит из шахристана, цитадели и рабадной части. Но добавляет, что цитадель имеет своего рабада. Может, имеется в виду Ревдад, где согдийские цари построили себе загородные дворцы. По свидетельству Джайхони шахристан имел четыре ворота – Китайские (Дарвозаи Чин) на востоке, Навбахарские (Дарвозаи Навбахор) на западе, Бухарские (Дарвозаи Бухоро) на севере и Кешские (Дарвозаи Кеш) на юге. В шахристане много базаров и соборная мечеть находится у подножия цитадели. Посреди цитадели и соборной мечети широкая улица, по которой проложен арык, берущий начало у акведука «Джуий Арзиз» (свинцовый арык). Хотели таким способом, наполнит водой ров, образовавший после строительства стен города. Другие авторы, опираясь на арабские источники название этого акведука, давали на арабском языке - «Раъс–ут–ток». А переводчик Джайхони приводит, как его тогда именовали самаркандцы - Сарток. Так это тот же тим, но слово «сар» означает главный. Значит вода в нынешний Афрасиаб (старый до исламский город) подавалось по крышам пассажа. Так как между новым и старым городом (между нынешним мечетью Биби–ханим и мечетью Хизр) большая впадина, можно себе представить, что действительно пассаж на крышах которого был построен свинцовый канал был огромных размеров. Все исследователи в один голос твердят, что канал был облицован свинцом, но в первоисточниках написаны «Джуий Арзиз», а арзиз на таджикском языке – олово.

Акведук был построен из камня, - утверждает Джайхони, но из какого камня не поясняет. Так как эти места считает самими благоустроенными, можно делать вывод, что город продвинулся за свои южные ворота. Для поддержания акведука в надлежащем порядке и текущих ремонтов земли вокруг акведука были превращены в его вакф.

А дехкане, возделывающие эти земли, были обязаны за счёт прибыли вакфа (то есть проценты прибыли с вакфов) поддержат акведук в рабочем состоянии. Саманидские цари издали специальный закон о распределении воды, что бы люди при орошении не спорили, кто имеет больше права в получении воды.

Автор считает Самарканд центром Мавераннахра. Все купцы привозили свои вещи для продажи в Самарканд. Если поднимаешься на крышу цитадели, то от многочисленности деревьев кроме зелени твои глаза больше ничего не увидят, - утверждает Джайхони.

Саманиды кроме цитадели в шахристане имели своих дворцов. Они (Исмаил Самани) по самаркандским образцам построили себе в Бухаре новые дворцы.

На одной из ворот на металлической пластине на химьяритском языке было написано, что «Самарканд–город справедливости» и «До города Саньо Йемена тысяч фарсангов». В пожаре эти ворота превратились в пепел и надпись не был восстановлен. Все это скорее не более чем легенда.

Может бит, была какая нибудь надпись на согдийском языке, где в то время люди его давно забыли, и не понимали.

У Самарканда здоровая земля, самый лучший из всех земель. Жилища самаркандцы строят из кирпича и дерева. Народ самаркандский неторопливый, мягкий, красивый, умный, дружелюбный, благородный. Место сбора рабов и рабынь Мавераннахра. Все что лучшее встречаете в Мавераннахре производство Самарканда. Большие горы от Самарканда на расстоянии одного перехода, кроме горы Кухак, который расположен рядом с шахристаном. Камни для строительства, землю для производства гончарных изделий берут из этой горы. Известь, ганч, материалы для производства стекла находят там.

В этой горе золото и серебро то же есть, но не производят. Все улицы и дороги Самарканда мощены камнями, а воду берут из реки Согд (Зерафшан). Эта река берёт начало в горе Бутан.

Автор «Ашкол–ул–олама» называет некоторые ворота внешней стены, то есть рабадной части: ворота Аъдо, две вороты под общим названием Асиск, ворота Сар Хусайн, ворота Афсаа, ворота Кухак, ворота Варсин, ворота Рабуд, ворота Фархасак. Из этих ворот нам по трудам В. Бартольда и В. Вяткина знакомы ворота Варсин и Кухак. Ворота Рабод можно отодожествить с воротами Ривдад (нынешний Ак–мечеть) а Фарсахак с Фаррухшидом. В. Бартольд о воротах внешних стен пишет:

«В другом месте у Истахри и Макдиси говорится, что ворот всего было восемь: Годавад, Исбиск, Сухашин, Афшина, Варснин, Кухек, Ривдад и Фаррухшид». Ворота Фенек здесь не упоминается, так что они тождественны или с воротами Исбиск или с воротами Сухашин. Фенек упоминается у Сам’ани и Якута в качестве селения в окрестностях Самарканда, на расстояния половины фарсаха от города. Исбискет (у Якута Исбаскет) –селение в 2-х фарсаха от Самарканда. В. Бартольд предполагает, что при саманидах в городе Самарканде жили более полу миллиона человек, что говорит о густо населенности рабадной части и превращении его в городской квартал.

Почему-то у Джайхони ворота Исбиск названы – Асиск, Годавад–Аъдо, Афшин–Афсаа, Суханшин–Сар Хусайн, Ривдад–Рабуд, а Фаррухшид–Фархасак. Так как В. Бартольд пользуется многими источниками, ему не возможно не верит! Таким образом, у Джайхони внешние стены (рабадная часть) Самарканда имел девять ворот, а по другим источникам восемь. Только имея под рукой оригинал «Ашкол–ул–олам» можно судит где была ошибка переписчиков и автора.

Другие источники подтверждают, что только в рабадной части было 12 тысяч дворцов. В отличие от Джайхони автор «Худуд–ул–олама» подчеркивает, что в Самарканде производится наряду с бумагой и верёвки. И в Самарканде находится манихейская монастырь – Нагушок. Если учесть сообщения из других источников о христианском абытеле Самарканда, то можно сделать вывод о том что даже после трёх веков исламизации Самарканд оставался много конфессиональным городом.

Манихейство – своё название получило от своего основателя –художника и пророка Мони. По учению Мони во всей вселенной существует царство света и тьмы. Борьба света и тьмы, добра и зла, бога и дьявола составляет содержания всемирной истории. Последователи учения Мони изгнанные из Ирана в III веке нашей эры перебрались в Варазруд названный после вторжения арабов Мавераннахром. Так как Самарканд был центром торговли между различными странами, тут можно было встретит, купцов разных вероисповеданий, поэтому самаркандцы привыкшие к ним были веротерпимы. О наличии манихеев в Самарканде говорит и Бируни.

По данным древних рукописей учёные создали условную схему, по которой древний Самарканд состоял из трёх частей – цитадели, шахристана и рабадной части. А археологические работы открыли в Тали–барзу и Ривдаде (Кофиркалъа) следы высокой культуры

Правители древнего Самарканда строили себе дворцы и южнее за шахристаном на расстоянии до шести километров от оборонительных стен. Поэтому древний средневековый Самарканд по своей топографией не вписывается в эту схему.

Прав М. Е. Массон утверждавший, что Самарканд числился не на три, а на большее число частей. Эту традицию развивал Амир Тимур, построивший за рабадной частью много прекрасных дворцов и парков (чорбагов).

К сожалению, ныне эта традиция забита. Даже о восстановлении хотя бы одного из загородных дворцов речь не идёт.

Иностранные завоеватели запутывались по вопросу границ города Самарканда. Александр Македонский думал, что Самарканд эта его хисар–городская крепость, когда начал штурм его стен, то получил удар сзади. Тогда ему объяснили, что поселение вокруг города больше чем в шахристане. Тогда он от злобы сжёг все поселения вокруг Самарканда и вырубил все леса, к подступам города от страха партизанской войны.

Дословно «шахристан» в переводе с таджикского означает «место, где много городов», а город называют просто – «шахр». Шахристан Самарканда – места, где живут жители Самарканда, а эти места могут бит и за городской стеной.

При согдийских ишхидов (царей) к Самарканду относился Офаринкент (Акдарьинский район) и Ривдад (Самаркандский район). Дахбид всегда считался частью Самарканда. Саманиди расширили Самарканд, построив в пригороде много дворцов. Так как хорошо организованная армия обеспечивала безопасность от набегов, внешняя стена города или сама разрушилась или была разрушена при саманидах. Самарканд приобрёл колоссальных размеров при Тимуре. Из каждого своего похода в других странах он привозил тысячи мастеров и размешал в основном за городом. Так образовался туман Шираз с крепостью в Булунгуре и селения – Миср, Багдад, Султания, Димишк в пригороде Самарканда. Наверно самарканцы об этом времени говорят: коза по крышам домов из города могла добраться до Ургута.

Джайхони касается и денежного обращения. Самим ценным считает дирамов исмаили (Дирамы чекана Исмаила Самани). Другие деньги носили названия – «мухаммади». Они сделаны из железа, меди и серебра, - утверждает Джайхони. Так как он сам является саманидским министром, придётся тут ему верить. Но «мухаммади» имели хождение только в Самарканде.

О городах вокруг Самарканда говорится коротко, в двух словах только о Кушании и Иштихане и его селении. Кушанию (Каттакургана) автор считает более благоустроенным.

Не знаю, насколько этот текст добавляет новое в освещении прошлого Самарканда, но издание таджикского варианта «Ашкол–ул–олам» Джайхони само собой разумеется радостное событие. Благодаря этому произведению мы слышим голос и интонацию того времени, восхищение учёного и визиря Джайхони о жемчужине Востока – Самарканде.

Комментариев нет: